Шанти, Кора и Рико. Новый год

С тех пор как большая полярная песня птиц-носорогов Шанти и Коры вместе с их другом — большим радужным попугаем Рико — объединила Ленинградский зоопарк, жизнь в его уютном уголке стала напоминать хорошо слаженный, хотя и временами очень шумный оркестр.

Ещё один друг птиц-носорогов, белый полярный волк Арктик, теперь не выл от тоски, а периодически издавал степенное, басовитое «У-у-уф», которое служило надёжным ритмом для всех новых, иногда слишком неожиданных музыкальных экспериментов Рико. Но однажды в конце декабря привычный уклад зоопарка начал меняться.

Началось всё с того, что их любимая смотрительница Даша стала вести себя крайне подозрительно. Она таскала в служебное помещение какие-то колючие зелёные ветки, блестящие ленты и целые коробки с мерцающими шарами. Животные, разумеется, насторожились.

Болтливая сорока — главная сплетница зоопарка, а заодно и главный информационный центр — уже неделю носилась по всем вольерам с тревожными новостями.

Они готовят переворот! — кричала она, прыгая перед решёткой вольера птиц-носорогов. — Люди несут какие-то вонючие колючки внутрь зоопарка! Они упаковывают всё в блестящую бумагу! Это явные признаки всеобщего помешательства!

Шанти, сидя на коряге, мудро молчала, но Кора не на шутку встревожилась.

Может, это новая форма нашего обогащённого корма? — предположила она. — Блестящая и колючая? Хотя очень сомнительно.

Это не корм, — уверенно заявил Рико, цепляясь клювом за прутья и наблюдая за людьми. — Это что-то другое. Я слушал людей. В их голосах звучит не тревога, а… предвкушение. Как перед моим утренним концертом, только тише.

Разгадка пришла с визитом старого ворона, который считался местным философом и знал многое о людских обычаях. Он важно уселся на дуб напротив вольера птиц-носорогов.

Кар-кар! Успокойте ваши перья, — прокаркал он хриплым голосом. — Не будет никакого переворота. У людей на носу шумный праздник. Они называют его «Новый год». Это такое событие, когда старый год уходит, а новый наступает. Они наряжают колючее дерево, дарят друг другу еду в блестящих упаковках, радуются и смотрят на взрывающийся небосвод.

Взрывающийся небосвод?! — в ужасе вскрикнула Кора. — Это же катастрофа!

Детка, это метафора, — покачал головой ворон. — Люди запускают в небо огненные цветы. Фейер… фейерверки. Очень громко и очень ярко.

Шанти тут же заинтересовалась:

Огненные цветы? Это уже интересно!

Звучало почти так же поэтично, как северное сияние из рассказов Арктика.

А нам что делать? — спросила Кора. — Нас они не будут наряжать?

Судя по моим многолетним наблюдениям, в эту ночь люди немного забывают о порядке. Главное — не паниковать от шума. А так… можно просто наблюдать. Или, — ворон хитро прищурился, — создать свой праздник. Раз уж вы у нас такие мастера на музыкальные и дипломатические подвиги.

Идея понравилась Шанти, и она уселась её обдумывать.

А Кору мысль о собственном празднике так взбудоражила, что она целый час носилась по вольеру, сметая своим мощным клювом всё на своём пути.

Нам нужна ёлка! Нам нужны подарки! Нам нужна… новогодняя песня! Рико, ты должен сочинить что-то грандиозное!

Песня — это пожалуйста, — важно ответил попугай Рико, расправляя радужные крылья. — Но где же нам взять ёлку? Я не думаю, что Даша отдаст нам свою.

К этому времени практичная и находчивая Шанти уже всё придумала.

Ёлка — это просто зелёное и колючее дерево, — сказала она. — А у нас в зоопарке есть прекрасная высокая ель рядом с прудом для уток. Вот её мы и нарядим.

Ну и чем мы её будем наряжать? — спросила Кора.

Тем, что ценно для нас. Блестящими камешками, самыми яркими ягодами, перьями, — ответила Шанти.

Моими перьями?! — Рико в испуге отпрыгнул в сторону.

Не всеми, конечно, — успокоила его Шанти. — Одним-двумя, самыми красивыми. Это будет твой вклад в красоту.

Так началось новое приключение под названием «Новогодняя ёлка». Это была самая весёлая и хаотичная подготовка к празднику в истории зоопарка.

Кора, обладая мощным клювом, взяла на себя транспортировку украшений. Она летала к ручью и собирала самые гладкие камешки, которые на солнце отливали разными цветами.

Шанти с её изысканным вкусом отбирала ягоды рябины — ярко-красные, похожие на крошечные шары. Рико, скрипя сердцем, пожертвовал два своих самых длинных и ярких пера.

Всё во имя искусства, — бормотал он, глядя на них с сожалением.

Но самым сложным оказалось незаметно прикрепить всё это к живой ёлке, растущей на центральной аллее у пруда.

Украшали в основном рано утром, когда сотрудники зоопарка ещё не пришли на работу. Шанти и Кора осторожно вплетали в ветки ягоды и камешки, а Рико, обладая цепкими лапками, вскарабкался на верхушку, чтобы красиво развесить там свои перья.

Однажды их чуть не поймал ночной сторож. Услышав его шаги, Рико в панике издал звук, похожий на сигнализацию автомобиля. Сторож замер на месте, огляделся и, почесав затылок, пошёл проверять ворота, решив, что это эхо с улицы. Шанти, спрятавшаяся за стволом дерева, прошептала:

Рико, твои таланты иногда слишком реалистичны!

Тем временем Рико трудился над музыкальной частью. Его задача была сложной: нужно было соединить в одной песне радость, ожидание чуда и намёк на зимнюю сказку.

Он практиковался целыми днями. В его руладах теперь смешались привычные тропические мотивы, свист ветра (услышанный от Арктика), весёлый перезвон (который он запомнил, когда дети трясли колокольчиками у его вольера) и даже что-то похожее на хруст снега под лапками. Получалась странная, но невероятно зажигательная мелодия.

Они не забыли и про подарки для друзей. Для Арктика Кора нашла идеальный подарок — огромную белую льдину, которую она с трудом прикатила к его вольеру.

Вот тебе новогодний снежный ком! — крикнула она.

Полярный волк внимательно обнюхал льдину, толкнул её носом и издал своё короткое «У-у-уф», что, как они уже поняли, означало крайнюю степень одобрения.

Вечером 31 декабря в зоопарке воцарилась непривычная тишина. Люди разошлись по домам, остались только дежурные смотрители. Морозный воздух был чист и звонок.

Друзья собрались у своей украшенной ёлки. Она выглядела волшебно: в свете фонарей камешки мерцали, ягоды горели рубинами, а перья Рико отливали магическим сиянием.

Пора начинать наш праздник, — торжественно объявила Шанти. — Пусть зоопарк услышит, как мы встречаем Новый год!

Рико взлетел на самую высокую ветку, набрал в грудь побольше воздуха и завёл свою новогоднюю песню. Это было нечто потрясающее! Звонкие трели взмывали вверх, как первые звёзды. Низкие переливы напоминали далёкий праздничный гул города. А вкрапления хрустальных звуков создавали ощущение зимней сказки. И тут произошло чудо.

Зоопарк начал откликаться. Сначала, как всегда, подхватили мелодию птицы из соседних вольеров. Потом, к всеобщему удивлению, Арктик не просто завыл в такт, а попытался сделать свою песню более мелодичной — получилось что-то вроде басов.

Даже старый филин, обычно ворчавший по ночам, ухал в унисон.

Но настоящим сюрпризом стали обезьяны. Услышав весёлую мелодию, они начали ритмично стучать по стенкам своего вольера, устроив настоящую барабанную дробь. К ним присоединился дятел, долбивший где-то вдалеке сухую ветку.

Получился гигантский, живой, немножко дикий, но невероятно радостный оркестр!

В самый разгар этого музыкального безумия в небе над зоопарком вдруг грянул гром, и рассыпались тысячи искр.

Все разом замолчали, заворожённо глядя вверх.

Это были те самые «огненные цветы» — фейерверки! Вспышки красного, зелёного, жёлтого и синего цвета озаряли их нарядную ёлку, лица друг друга и даже белоснежную шерсть Арктика, который сидел, задрав голову. В его глазах отражались целые созвездия.

Вот это да… — прошептала Кора. — Они украсили целое небо!

Это даже лучше, чем моё самое яркое перо, — с искренним почтением признал Рико.

Когда небо утихло, наступила блаженная, полная тишина. Друзья вернулись в свой вольер. Они сидели вместе, греясь под тёплой лампой.

Знаете, — задумчиво сказала Шанти, глядя на звёзды, — а ведь ворон был прав. Волшебство — оно не только в разноцветных огнях или блестящих подарках. Оно в том, чтобы вместе создавать что-то прекрасное из того, что есть. Из камешков, ягод, своих голосов и дружбы.

То есть наш Новый год получился? — спросила Кора.

Он был самый лучший, — уверенно ответил Рико. — Потому что он наш. И теперь у нас есть новая традиция!

И новая песня, — улыбнулась Шанти. — Песня, в которой есть место для тропиков, снегов, стука обезьян и воя волка. Песня нашего общего любимого дома.

Утром первого января Даша, выйдя на обход территории, долго стояла в изумлении перед ёлкой у пруда.

Она смотрела на спрятанные в ветвях ягоды, на блестящие камешки и два великолепных знакомых ей пера, трепещущих на ветру. Потом её взгляд перешёл на вольеры, где птицы-носороги, попугай и белый волк мирно спали после новогодней ночи.

На лице Даши появилась улыбка.

— С Новым годом, мои волшебники, — прошептала она. — Похоже, вы всю ночь его праздновали.

Так Шанти, Кора и Рико поняли, что в их огромной и разнообразной вселенной под названием «зоопарк» появилось ещё одно чудо — чудо собственного, шумного, пернато-мохнатого и бесконечно доброго Нового года.

И это было их новое ценное приобретение.