В Ленинградском зоопарке продолжалось самое волшебное время — новогодние праздники. Шанти сидела на своей коряге и наблюдала, как люди в пуховиках и шапках смеются, фотографируются и несут под мышками свёртки в блестящей бумаге.
Интересно, — сказала она Коре, которая старательно чистила перья, — они тоже заранее готовят друг другу подарки, как мы Арктику?
Наверное, — ответила Кора. — Только их подарки пахнут не ягодами, а чем-то… хвойным и сладким. И бумага почему-то шелестит громче листьев.
Рико расправил радужные крылья и исполнил короткую трель. В ней смешались звон колокольчиков и весёлый смех детей.
Какой же замечательный праздник — этот Новый год! — объявил он с важным видом. — Мне вчера рассказывала сорока, что в новогоднюю ночь везде происходили чудеса, а Дед Мороз раздал подарки всем-всем-всем, даже животным и птицам! Вот я, например…
Но прежде чем попугай Рико успел развить эту тему, внимание любознательных птиц привлекло необычное движение у дальнего вольера, рядом с домом Арктика. Там целый день толпились служители зоопарка, а завывание полярного волка стало не тоскливым, а каким-то… предвкушающим.
Там определённо что-то происходит, — насторожилась Шанти. — Пойдёмте скорее, разведаем!
Их небольшая экспедиция — две птицы-носорога и попугай ара — уже стала привычным делом для смотрителей зоопарка. Осторожно выбравшись из вольеров (сотрудники зоопарка к их походам уже привыкли и только улыбались), друзья направились к дальнему углу зоопарка. То, что они увидели, заставило их замереть на месте.
Рядом с вольером Арктика, который теперь гордо вышагивал вдоль сетки и даже иногда вилял хвостом, появился новый, огромный вольер. И не просто вольер, а целая снежная крепость! Там были сугробы, ледяные глыбы и даже нечто похожее на пещеру. А посреди этого сверкающего царства медленно и величественно расхаживало самое большое и пушистое существо, которое они когда-либо видели.
Это была большая белая медведица. Она была белоснежная, как свежевыпавший снег, с шерстью, переливающейся под зимним солнцем, и тёмными умными глазами шоколадного цвета. Медведица по размеру была намного больше Арктика, но двигалась настолько плавно, что казалось, будто движется не зверь, а сама зима.
Ого… — прошептала Кора. — Вот это… королева снегов!
Похоже, что да, — также тихо ответила Шанти. — Смотри, как Арктик смотрит на неё. Он кажется таким маленьким рядом с ней.
Арктик действительно сидел у самой сетки, разделявшей их вольеры, и наблюдал за новой соседкой. В его взгляде читались не тревога, а уважение и почтение.
Болтливая сплетница сорока, которая обожала быть в курсе всех событий, тут же примчалась с новостями.
А вы знаете, кто это? — затараторила она, подпрыгивая на ветке. — Это же Хаарчаана! Её имя в переводе с якутского языка означает «Снежинка». Какая же это снежинка, это целая снежная гора! Ха-ха-ха! Говорят, что она — символ нашего Ленинградского зоопарка, королева снегов! И она… ой, смотрите!
Хаарчаана остановилась, подняла могучую голову и издала звук. Это не был рык. Это было что-то среднее между глубоким урчанием, ворчанием и… фырканьем. Звук был настолько низким, что ветви на деревьях слегка задрожали. Затем медведица ловко шлёпнула передней лапой по большой ледяной глыбе, и та раскололась на несколько идеальных кусков.
Она, кажется… не очень дружелюбная, — заключил Рико и немного отодвинулся в сторону, так, на всякий случай.
Да она просто показывает всем, кто здесь главная, — защебетала сорока. — Говорят, что в природе они одиночки. И ещё говорят, что она обожает играть с большими кусками льда!
Хаарчаана, как будто услышав их, повернула голову в сторону дерева, на котором сидели птицы. Её тёмный нос дёрнулся, учуяв новые запахи. Взгляд медведицы скользнул по трём пернатым друзьям, задержался на радужных перьях Рико, и… она чихнула. Это был такой громкий и такой неожиданный «Апчхи!», что с соседней ели осыпался иней.
Будьте здоровы! — автоматически крикнул Рико на своём лучшем человеческом языке, которому научился от посетителей.
Медведица Хаарчаана на мгновение замерла, затем склонила голову набок. Её глаза сузились. Казалось, она пыталась понять, откуда у этой пёстрой радужной птицы взялся человеческий голос.
Так, — сказала Шанти, в чьей голове уже зарождался план. — У нас появилась новая соседка. Настоящая королева снегов. И если мы хотим, чтобы наша вселенная зоопарка была полной, нам без неё не обойтись.
Но она же такая огромная! — воскликнула Кора. — Мы ей что, целую гору ягод и орехов должны будем собирать? На год вперёд?
Не только ягодами ценен подарок, — мудро напомнила Шанти. — Помнишь? Внимание, забота и желание понять.
Рико вдруг оживился.
Я знаю! У неё, наверное, есть своя песня! Как у Арктика была песня снегов! Только её песня должна быть… ещё холоднее и могучее! Я срочно должен её услышать!
Но проблема была в том, что Хаарчаана совершенно не умела петь. Как говорят: «медведь на ухо наступил». Она урчала, фыркала, ломала лёд с грохотом и иногда издавала короткие гортанные звуки, когда смотрители приносили ей рыбу. Но протяжных, мелодичных звуков, увы, не было никогда.
Новогодние дни летели друг за другом. Зоопарк каждый день был наполнен особой праздничной атмосферой и множеством посетителей. Однако наши пернатые друзья заметили одну интересную вещь: днём, когда вокруг было много народа, Хаарчаана вела себя как истинная королева — величественно, немного отстранённо, демонстрируя свою мощь.
Но вечером, когда посетители расходились, а огни гирлянд зажигались, в её поведении появлялась… весёлая игривость. Она могла минут десять гонять по вольеру кусок льда, как мячик, или неожиданно плюхнуться в сугроб на спину и лежать, размахивая всеми четырьмя лапами в воздухе.
Она, наверное, скучает, — предположила Шанти однажды вечером, наблюдая, как медведица в одиночестве катает ледяной шар.
Или просто играет, — сказала Кора.
Нет, — вмешался Рико, у которого был тонкий музыкальный слух. — В её движениях есть ритм. Смотри: два толчка лапой — пауза — перекат — ещё толчок. Это же танец! Одинокий танец королевы снегов!
И тут Шанти осенило.
Рико! Ты же мастер звуков! Ты можешь создать музыку для её танца?
Идея была блестящей. Рико, вдохновлённый новой интересной задачей, уселся на самую высокую ветку, откуда был виден весь вольер Хаарчааны. Он закрыл глаза, стараясь уловить ритм движений огромной белой фигуры.
И тогда он запел. Это была не песня в привычном смысле. Это была ритмичная, мощная композиция из низких булькающих звуков (как пузыри под водой), резких щелчков (как треск ломающихся льдин) и протяжных вибрирующих нот (как вой пурги). Он аккомпанировал её движениям, будто невидимый дирижёр ледяного оркестра.
Хаарчаана остановилась как вкопанная. Она повернулась к источнику звука, её чёрный нос взволнованно задрожал. Она не понимала, что происходит, но этот ритм… он был её ритмом! Не думая, она снова тронула лапой ледяной шар, подстроив его перекат под новую щёлкающую ноту Рико. Получилось! Это было начало.
Следующие несколько дней друзья готовили настоящий новогодний сюрприз.
Шанти и Кора, пользуясь доверием смотрителей, собрали целую коллекцию новогодних сокровищ: самые круглые и блестящие шишки с новогодней ели (которые того гляди могли упасть на землю), несколько ярких и лестящих конфетных фантиков (сорока принесла) и даже маленькое зеркальце в пластиковой оправе, потерянное какой-то девочкой.
Они сложили это в укромном уголке своего вольера. А Рико сочинял свою новую «Ледяную песню». Он консультировался с Арктиком, который, оказывается, несколько раз в жизни видел белых медведей и помнил, как они разговаривают. Арктик издал несколько коротких рыков и хриплых звуков, которые Рико старательно вплёл в свою музыку. Наконец всё было готово.
Вечер, когда посетители разошлись и зоопарк опустел, а заботливая и внимательная смотрительница Даша, пожелав своим подопечным спокойной ночи, ушла домой, три неугомонные птицы топтались в ожидании нового знакомства.
Пора, — сказала Шанти.
Две птицы калао и один радужный попугай взяли свою коллекцию сокровищ. Нести всё вместе было тяжело, поэтому они сделали несколько ходок. Наконец, у вольера Хаарчааны выросла небольшая пирамидка из шишек, фантиков и зеркальца.
Рико занял свой пост на ветке дерева. Он посчитал, что так будет всё же безопаснее для его драгоценных перьев.
Большая белая медведица дремала у входа в свою ледяную пещеру, но её уши чутко дёргались, улавливая каждый шорох. Когда друзья выложили последний фантик, она открыла один глаз.
Здравствуйте, королева снегов! — громко сказала Шанти, пряча дрожь в голосе. — Это подарок вам от нас. Мы знаем, что это не ваши бескрайние льды, но… это кусочки нашего новогоднего праздника. И мы хотим, чтобы он был и у вас тоже.
Хаарчаана медленно поднялась и приблизилась к сетке. Она обнюхала шишки, тронула носом зеркальце. В нём отразилась её собственная большая морда. Хаарчаана резко отпрянула от него и удивлённо фыркнула. Потом снова посмотрела. И… легонько толкнула зеркальце лапой, наблюдая, как оно скользит по насту. Похоже, игра её заинтересовала.
Тут Рико начал своё праздничное выступление. Он исполнил свою «Ледяную песню» во всей красе, добавив новые звуки — похожие на гул северного ветра и далёкие раскаты льдин. И случилось невероятное.
Хаарчаана, слушая эту музыку, начала двигаться. Сначала просто раскачивалась в такт, потом сделала несколько шагов по кругу, а затем… начала свой волшебный танец. Тот самый, который они видели раньше, но теперь — осознанный, под аккомпанемент. Она перекатывала шишку, подбрасывала фантик, а в паузах смотрела на трёх маленьких друзей, сидевших за сеткой. И в её тёмных глазах светились уже не недоумение и не величие, а… интерес. И даже некоторая благодарность. А потом она издала звук. Глубокий и мягкий.
Рико тут же, не сбиваясь с ритма, вплёл его в свою музыку. Это был дуэт. Хотя нет! Это был уже настоящий ансамбль! Потому что сначала к ним присоединился задумчивый вой Арктика, а Шанти и Кора, тоже не выдержав, подхватили мелодию своими звонкими флейтовыми свистами. Так по зоопарку поплыла невиданная мелодия. Мелодия тропиков, каменных лесов, снежных равнин и арктических льдов. Мелодия настоящей дружбы.
На следующее утро Даша, придя на работу, ахнула. На ветке у вольера Хаарчааны сидели две птицы калао и попугай ара. А сама большая белая медведица лежала у самой сетки вольера. Перед ней аккуратно были разложены новогодние шишки, камешки, фантики, зеркальце и другие «сокровища». Рядом с белой медведицей, со своей стороны решётки, гордо сидел полярный волк Арктик.
И все они мирно сосуществовали в тишине январского зимнего утра.
Ну надо же… — прошептала Даша, доставая телефон. — Это же настоящее новогоднее чудо. Знакомьтесь, ребята, это наша королева — Снежинка. И, кажется, у неё уже есть своя свита.
Шанти посмотрела на своих друзей, на величественную белую медведицу, на огни гирлянд, которые ещё мигали на деревьях. Она думала о том, что мир и правда огромен и удивителен. В нём есть место для жаркого щебета Рико, для флейтовых песен калао, для тоскливого завывания Арктика и для могучего танца Хаарчааны. И самое большое волшебство заключается не в размерах вольера или в широте родных краев, а в умении услышать песню другого и спеть её вместе с ним.
Даже если для этого тропическому попугаю приходится выучить язык льдов и вьюг, а королеве снегов — принимать в дар блестящие безделушки от любознательных и дружелюбных птиц. Теперь их зоопарк стал ещё больше. Ещё разнообразнее.
И их новая музыка, в которой теперь звучал и мощный бас большой белой медведицы, обещала стать самой удивительной музыкой на свете — музыкой дружбы, понимания и бесконечно расширяющегося дома под названием Ленинградский зоопарк.
Будем благодарны за поддержку в развитии проекта! Сканируй картинку слева или делай тыц.
