Будет сказка занимательная. Слушай её внимательно. Кто уши широко раскроет — много всякой всячины узнает. А кто невзначай уснёт — тот ни с чем и уйдёт.
Жили-были в деревне две сестрицы — Гордана и Дарина. Пока малы девчата были, всё дома ладно да складно шло. А как подросли дочки, так и начались непонятные дела твориться.
Матушка, что тесто ни поставит, скиснет, и хлеба не спечешь. Стирать начнёт — вода испарится. А в этот год в огороде беда бедой: нет урожая ни в земле, ни на земле. Так наступила осень, в доме картошки нет, и кадушки пустые стоят. Чем зиму переживать будут?
Отец в наймы ушёл, хоть какую-то денежку на жизнь для семьи заработать. Спасала только коровка Бурёнка — кормилица.
В первый день зимы снег вывалил, сугробы стоят, всю землю укрыло пушистым белоснежным одеялом. Матушка пошла коровку покормить, а девчата половички вынесли почистить на мороз.
Налетел ветер, да снег густой повалил — ничего не видно. Половички с земли сдувало, пока младшая Дарина заносила вещи в дом. Вышла, а сестрицы Горданы и след простыл. Кричала, бегала, искала, да так метель и прошла, а сестрицы не стало.
Кинулась Дарина к матушке, рассказывает, плачет, слёзы передничком вытирает. Мать внимательно выслушала дочь да пошла к ведунье, что на краю села жила. Старушка давно уже никуда не ходила. Что люди принесут, тем и питалась. Но всё, что скажет, сбывалось.
Дарина за матерью увязалась и под окном осталась. Старушка воду наговорила да в зерно вылила, рукой повела, вещицу Горданы взяла.
Далеко твоя дочь, сама не вернётся. Если кто отправится за ней, мудрость обретёт, зрение потеряет, но Гордану спасёт и счастлив будет.
А где она? — всхлипнула матушка.
В тридесятом царстве, в тамошнем государстве. А если не спасёте, пропадёт она со света белого, в навь утянут её, — закашлялась старушка.
Дарина от окна поднялась и убежала домой, вещи в котомку сложила, достала гребень, что от бабушки достался, нож, кувшинчик с лечебным маслом. Спать легла, а утром до петухов поднялась, шубку да валенки надела и пошла в сторону, где тридесятое царство стоит.
Долго ли, коротко ли сказка сказывалась, а дорога длинная получилась. Дарина просилась на ночлег в деревнях и сёлах — пускали. Она грелась да по хозяйству помогала за кусок хлеба. Много историй слыхала, как бабушка говорила, «на ус мотала, мудрости набиралась».
Дошла до границы с тридесятым царством и остановилась в деревушке на последней улице из трёх дворов. В доме, где приютили, печка русская с лежанкой была натоплена. Дети бегали по горнице мал мала меньше. За трапезой Дарина рассказала о своём горе, а хозяйка выслушала да на печь послала согреться с дороги. Детей отвела в дальнюю комнату, чтобы не мешали. Тепло от кирпича на лежанке разморило Дарину, и засыпать она стала. Тут дверь скрипучая открылась, голос мужской стал рассказывать:
Нужно мне дань отдать царю, а не то заберёт деток наших, и не увидимся боле.
Так чем нам отдавать-то? Денег нет, коровушку-кормилицу и ту забрали, — сетовала хозяйка Мирра.
Дарина слезла с печи и из котомки подарок бабушки вытащила.
Поди на базар, продай гребень, купи корову да дань верни, — развернула она подарок, протянула хозяевам.
А не жалко? — не брал хозяин.
А что жалеть-то? Если зрение потеряю, не так важно будет, какая на моей голове причёска или платок, — махнула рукой Дарина.
Взял он гребень да на базар скоренько пошёл. Мирра, как дверь за хозяином закрылась, спросила:
А почему ты сказала, что зрение потеряешь?
Дарина передала, что услышала от ведуньи. Тогда хозяйка достала из-за лежанки маленький мешочек, в котором, в скорлупе грецкого ореха, была плотно набита тёмная масса.
Это спасёт твои глаза, — Мирра отдала скорлупу. — Намажешь, как поймёшь, что зрение теряешь. Ты же идёшь в тридесятое царство, там сейчас правит Кощей. Он хитростью завладел троном, и никто его одолеть не может.
На следующий день отправилась Дарина дальше. Как только перешла границу тридесятого государства, так увидела, как зайка в силки попал. Подошла, вытащила нож и перерезала верёвку.
Только села отдохнуть на пенёк, подошёл к ней олень, поклонился и позвал за собой. Она пошла за ним. А на снегу лежит олениха со стрелой в боку. Подобралась по сугробу к ней Дарина, выдернула наконечник, достала кувшинчик с маслом лечебным и полила на ранку. Затянулась дырка от стрелы, встала олениха, с оленем поклонилась и в чащу убежала.
Пошла Дарина дальше.
Вышла из лесу, а перед ней город великий и царский дворец возвышаются за стенами каменными. Подошла она к воротам, а там стража стоит, никого не пускают. Просилась она, просилась, хоть замёрзни рядом, а в город дороги нет.
Откуда ни возьмись зайчик прибежал, за собой зовёт. Пошла Дарина да дверь в стене незакрытую нашла. Поблагодарила спасительница зайчика, в город вошла. Народ хмурый ходит, от неё шарахается, ласкового слова не слышит никто.
Приблизилась Дарина ко дворцу. Стала проситься пройти, а прохожие у виска пальцем крутят: только простофиля будет рваться туда или глупый человек.
Открылись ворота, запустили Дарину внутрь. Страшно ей, но за сестру ещё страшней становится. Стены каменные да чёрные окружают, окна высокие да тёмные — жутко во дворце ей стало.
Зачем пожаловала? — раздался голосок откуда-то сверху.
Я за сестрой пришла! — набралась смелости и крикнула Дарина. Эхом её голос от стен отразился да по дворцу разлился.
Почему ты решила, что она здесь? — прозвучал вопрос.
Сердце подсказало, что здесь она, моя сестрица! — снова крикнула девушка.
Да не кричи ты, — раздался голос из-за угла. — Хочешь сестру вернуть? Тогда слушай. Три утра и три ночи будешь гривы моих коней расчёсывать, в косы заплетать — ни единого узелка, ни единого волоска не пропусти. Осилишь — заберёшь сестру. А нет… сама здесь навек останешься!
Можно мне в город сходить, гребень купить? — попросила Дарина у Кощея.
Испугалась?
Нисколечко! Хочется такой гребень купить, чтобы гриву не портил! — схитрила девушка.
Отпустил её Кощей до заката, чтоб вернулась. Вышла она из дворца да к кузнецу пошла, попросила его гребешок сделать, но такой, чтобы огонь выдержал да руки не попалил. Кузнецу Дарина по нраву пришлась. Он ей гребешок из особого материала сделал и совет дал:
Слышал я, кони эти перед зарей утренней да после зари вечерней как простые становятся, и грива у них не горит, не обжигается. Давай я с тобой пойду, — но отказалась Дарина, она Кощею обещалась прийти, а уговор соблюдать нужно. Тогда кузнец ей стёклышки в саже протянул. — Глаза сбережёшь, больно они красивые да добрые у тебя!
Кузнец Фёдор ей тоже по сердцу пришёлся. Но если она ослепнет, зачем ему такая жена? Не разрешила идти с ней.
Солнце к закату покатилось, Дарина в замок воротилась. Удивился Кощей.
Что, совсем не боишься никакой работы?
Мне работа не страшна, не белоручка я. У отца и матери в доме работала, им помогала, — девушка, засучив рукава, набрала воды, в замке уборку учинила.
Кощей посмотрел, ничего больше не сказал, решил для себя и Дарину оставить. Он-то был уверен, что не под силу расчесать огненную гриву лошадям.
Поздно вечером пришла Дарина в конюшню. Стоят два скакуна, как пепел цветом, от гривы искорки отлетают, глазам через чёрное стёклышко хорошо видать.
Достала она гребень, расчесала им гриву, хвосты в косы заплела. Только управилась — стёклышки сняла. Кощей пришёл, любуется своими животными:
Молодец, справилась.
Дарину в комнату отвёл. Просилась она сестру увидеть — не разрешил. Дверь закрыл и ключ унёс. Поплакала она, да делать нечего, ещё пять раз расчесать надо, и сестру отпустит.
Утро настало — выпустил он Дарину. Побежала до коней, пока солнце не встало, стёклышки надела на глаза и расчесала гриву, хвосты заплела. В карман стёклышки положила. Здесь Кощей зашёл, коней выпустил.
Справилась ты с заданием, покажу тебе твою сестру, пока видеть можешь, — потёр он руки и по делам ушёл. Потом показал Гордану. Спит она в комнате, не шевелится и знать не знает, что Дарина спасать её пришла.
Вечером и утром повторилось всё так же, как и до этого было. Наутро, когда открыл Кощей ей дверь, побежала она со всех ног к коням расчёсывать их гриву да хвосты заплетать. Запнулась в конюшне, стёклышки и разбились. Гребешком холку быстро расчесала, хвосты заплетать стала.
Грива разгоралась — пламя росло, глазам больно стало, да хвост приаккуратить нужно.
Зашёл Кощей, а Дарина прядь доплела, глаза водой промыла. Уже никуда она не пошла, в конюшне и осталась. Кощей довольный ушёл.
Кому она такая нужна будет, а согласится женой стать — и зрение верну, — радовался он.
Солнце село, кони в конюшню вернулись, недовольно ржут, ногами топают. Расчесала она гривы на ощупь и хвосты заплела. Показала работу Кощею и требовать стала:
Отпусти Гордану прямо сейчас, немедленно!
Да ты ведь ослепла! — улыбаясь, произнёс он. — Оставайся у меня, станешь женой — зрение верну!
Разреши до отца и матери сходить попрощаться, — стала просить Дарина.
Отпустил он сестёр. Гордана сестру слепую повела. Остановились они в доме на краю города. Гордана к кузнецу сходила, всё рассказала. Дарина не хотела, чтобы её кузнец видел.
Осерчал он, взял он крепкий меч, что так долго ковал, да пошёл во дворец до Кощея на бой.
В тот вечер по городу кричали, что Кощея кузнец победил, а домой не вернулся.
Прослышала Дарина про кузнеца, что домой не вернулся, стала просить Гордану:
Отведи меня обратно в замок. Ты ступай к родителям, а меня там оставь, — просится Дарина у сестры. — Я буду только обузой, а тебе батюшка жениха ладного найдёт, семью создашь. А меня здесь оставь.
Да что ты такое говоришь! — возмущаться стала Гордана.
Отведи меня, богом прошу! — умоляла Дарина.
Согласилась Гордана сестру в замок отвести. Дарина прошла по замку, комнату стала искать, где она спала, когда Кощеевых коней расчёсывала. Никто её не окликнул, ни разу не позвал. Казалось, замок вымер. Но Дарина, хоть и была слепа, но не глуха. Она хорошо слышала, что ходят рядом, наблюдают за ней. Девушка их не трогала, а они её.
Шла она в ту комнату, где остался её узелок с мазью, что дала хозяйка в обмен на гребешок бабушкин. Вот и заветная дверь. Взялась за ручку, дёрнула, а та не открывается. Прижалась Дарина к стене и заплакала.
Хозяин замка, прошу тебя, открой эту дверь. Мне бы там мой узелок забрать, — всхлипнула она.
Ключ в замке загремел, дверь открыли. Дарина вошла в комнату, прошла к кровати и подняла матрас из соломы, а там узелок лежит. Хотела взять, но кто-то выхватил из её рук эту котомку.
Отдай! Умоляю тебя! — протянув руки, вымолвила Дарина.
Всё, что в этом замке, моё! — услышала она грубый голос и смех.
Богом прошу тебя, отдай, мне очень надо! — умоляюще сложила она руки.
А зачем тебе оно? — дрогнул голос, знакомые нотки услыхав.
Понимаешь, есть в этом городе кузнец. Он хотел со мной пойти, защитить, да я не пустила. А потом он пропал. Хочу зрение вернуть и его найти. Люб он мне, — тихо сказала Дарина.
Почувствовала она, как в руки ей котомку положили. Достала она орех и намазала веки. Прошло немного времени, впиталась мазь, и вернулось зрение к Дарине. Открыла глаза, а перед ней кузнец Фёдор стоит да кольцо дорогое держит.
Как я рад, что ты не отвернулась от меня, сердце моё растопила, спасла. Будь моей женой! — и кольцо ей на пальчик надел.
Вслед за Горданой молодые люди отправились к отцу и матери, чтобы просить их благословения на брак. По пути они встретили оленей, которые, как верные друзья, доставили их к отчему дому по заснеженной дороге.
Там они Гордану повстречали. Охваченные радостью, обнялись с отцом и матерью. Фёдор и Дарина получили благословение, и счастливая пара вернулась в замок. С тех пор они жили долго и счастливо, наполняя свой мир любовью и благополучием.
О Кощее больше никто не вспоминал.
Будем благодарны за поддержку в развитии проекта! Сканируй картинку слева или делай тыц.
